На мероприятии, посвященном Национальному дню всех румын, организованном в Национальной библиотеке Ассоциацией историков, я услышал, как г-н профессор Ион Негрей цитировал г-жу президента Майю Санду, которая – на приеме в Посольстве Румынии – призвала нас говорить историческую правду «без промедления и без приукрашиваний», пишет Александру Тэнасе в редакционной статье для Cotidianul.md.
Что ж, если уж у нас, по словам госпожи президента, есть «разрешение говорить правду», то давайте ее и скажем. И скаже�� без триколорных ленточек, используемых вместо виноградных листьев, чтобы прикрыть моральную наготу.
Последние два дня вызвали большой ажиотаж вокруг встречи премьер-министра Александру Мунтяну с Высокопреосвященным Владимиром и с Высокопреосвященным Петром. Порядок указан точно так, как его представляет Правительство: сначала человек Москвы, потом Митрополит Бессарабии. Чтобы с самого названия было ясно, куда дует ветер.
Не думаю, что кому-то нужно объяснять, что Республика Молдова является светским государством и что существуют четкие решения Конституционного суда, которые препятствуют такому браку между политикой и церковью. В эпоху, когда «цивилизация лайков» решает политические карьеры, конституционные принципы стали средневековым аксессуаром – годным для цитирования в речах, а не для применения в решениях.
Не знаю, является ли встреча в Правительстве частью «Плана по укреплению устойчивости», принятого на Совете национальной безопасности, или мы стали свидетелями неожиданного взрыва духовной любви, но она, безусловно, идеально вписывается в нашу традицию лицемерного молдовенизма, свято практикуемого на берегах Быка.
Я думаю, что это подходящий контекст, чтобы напомнить историю этих двух митрополий.
Бессарабская митрополия является естественной преемницей старой Молдавской митрополии, которая действовала здесь беспрерывно до 1812 года, когда Российская империя оторвала Бессарабию от территории Молдавии.
После оккупации Бессарабии в 1812 году Российская империя упразднила Молдавскую митрополию на этой территории и силой штыков навязала чуждую церковную структуру, подчиненную Синоду в Санкт-Петербурге. Коренное духовенство было в значительной степени заменено, а румынский язык удален из богослужений и школ. Позже, в 1871 году, было завершено полное подчинение Церкви Бессарабии русскому Синоду, превратив церковь в инструмент идентитарной инженерии.
После советских оккупаций 1940 и 1944 годов сотни молдавских священников были ликвидированы, депортированы или брошены в известковые ямы НКВД именно потому, что они представляли духовное сопротивление румынской общины. Возвращение Бессарабской митрополии в 1992 году было не «политическим актом», а возвращением к исторической нормальности. В этом контексте следует напомнить, что тогдашнее «проевропейское» правительство отказало в регистрации румынской церковной структуры в Молдове.
Сегодня никто не помнит ни речь молдавского министра юстиции перед Европейским судом по правам человека (ЕСПЧ), где он обвинил Румынию в том, что она является «последней империей в Европе», ни угрозы генерала Воронина о том, что «Молдова выйдет из Совета Европы, если ЕСПЧ обяжет правительство зарегистрировать Бессарабскую митрополию». Окончательно признанная решением ЕСПЧ в 2001 году, Бессарабская митрополия является законной преемницей румынских церковных структур в Бессарабии. Она является частью Румынской Православной Церкви, а не какого-либо иностранного политического или военного центра.
В отличие от нее, Митрополия Молдовы является моральной и институциональной преемницей структур, навязанных Российской империей и продолженных СССР. Она не имеет исторической преемственности на этой территории до 1812 года – но имеет преемственность подчинения различным формам российской власти.
Было бы хорошо знать, что Николай Кантарян назвал себя, путем грубого теологического мошенничества, «Митрополитом всей Молдовы», с явными экспансионистскими намеками на историческую Молдову за Прутом (в то время как там уже существовала законная митрополия Молдовы и Буковины). Подход абсолютно идентичен политическому проекту Кремля – партии «Великая Молдова», с такими же намеками на территориальные претензии к Румынии.
Сговор Русской церкви в Молдове, а точнее Митрополии Владимира, с пятой колонной (независимо от того, как они называются – коммунисты, социалисты, государственники и т.д.), кажется, является секретом только для наших руководителей. На самом деле, большая часть церквей, контролируемых Кантаряном, была превращена в идеологические филиалы пятой колонны России, а священники – в комиссаров этой партии. Конечно, за редкими исключениями, подтверждающими правило. В Митрополии Владимира есть и замечательные священники, настоящие пастыри, которые не вступают в сговор с путинизмом. Но сейчас речь не о них, а о том батальоне «политруков», внедренных в церкви с благословения КГБ, которым руководит полковник Николай Кантарян, он же «Митрополит Владимир».
Помню, в «золотой век» коммунистического правления митрополит Владимир издал на государственные деньги Библию, где в «Предисловии» на титульном листе (!) поместил Василия Тарлева с пометкой: «Это Божественное и Священное Писание увидело свет при доброй воле и поддержке г-на Василия Тарлева, премьер-министра Республики Молдова».
Но если уж мы кричим на всех углах, что находимся в гибридной войне и размещаем российские беспилотники на ступенях Министерства иностранных дел, почему мы не осознаем тот факт, что Митрополия Молдовы, наряду с российскими оккупационными войсками в Приднестровье и пророссийскими партиями в Парламенте, на самом деле представляет собой оккупационные структуры Российской Федерации в Республике Молдова?
Роль церкви, контролируемой государством-агрессором, в гибридной войне является существенной, стратегической и глубоко подрывной. В российской военной доктрине религиозная составляющая – это не декоративный элемент, а инструмент, идеально интегрированный в арсенал информационных операций. Филиал Русской церкви в Молдове день за днем, через своих священнослужителей, морально легитимизирует российскую агрессию, дезинформирует и манипулирует массами, подрывая внутреннюю сплоченность. Послание всегда одно и то же: «Вы не часть Запада, вы наши». Именно этого добивается агрессор – разрушения лояльности к собственному государству.
Возможно, стоило бы напомнить, кто методично, воскресенье за воскресеньем, через контролируемые церкви, компрометирует идею европейской интеграции – пугая простых людей тем, что, оказавшись в ЕС, «нашим детям сменят пол». По этическим соображениям я не буду воспроизводить здесь все гадости, которые священнослужители, подчиненные Кантаряну, говорят людям в селах о президенте Майе Санду.
Но если уж мы следуем призыву госпожи президента говорить правду: осознаем ли мы, что если бы на выборах победила партия, на которую работал гражданин «Митрополит Владимир», то к власти вернулся бы один из старых и надежных друзей митрополита – Игорь Додон или «преподобный мученик из «Букурии»» Василий Тарлев?
Возвращения российской партии к власти не произошло потому, что многие люди пожертвовали своей репутацией, имиджем и именем, чтобы поддержать проевропейский вариант на этих выборах – в том числе с целью избавиться от «Кантарянов», «Маркелов» и всей этой проституции чекистов в сутанах, которые десятилетиями отравляют умы и души наших людей.
И в заключение: зачем весь этот спектакль с «гибридной войной»? Зачем постоянно говорить об устойчивости, собирать заседания Совета национальной безопасности, где мы умно рассуждаем о «гибридных угрозах» и «злокачественном влиянии», если при первой же возможности наше сердце тянется туда же – в символические объятия России?
Хочу предвосхитить реакции скептиков, которые будут мне возражать, говоря, что премьер-министр встретился «для галочки» и с Высокопреосвященным Петром, архиепископом Кишинева, митрополитом Бессарабским и экзархом Плаинским.
Те, кто утверждает, что премьер-министр «уравновесил» ситуацию, встретившись и с митрополитом Бессарабским, не понимают сути проблемы. Нельзя служить и Богу, и Мамоне в один и тот же день, только для того, чтобы отметить протокольное равновесие. Нельзя плевать во двор Европы утром и зажигать свечи на Запад после обеда. Это как если бы вы сердечно встретились с Владимиром Путиным и, для «равновесия», помчались поздороваться с Зеленским. Равновесие не может быть построено на лжи.
Разве мы не поняли, после 24 февраля 2022 года, что больше нет места для иллюзий?
Разве мы не понимаем, что без четкой очистки нашего пространства от российского идеологического влияния мы ничего не добьемся?
Бесполезно содержать армию полицейских, бесполезно закрывать российские пропагандистские каналы, если мы оставляем русским идеологический контроль над нашим народом через церковь, которая воскресенье за воскресеньем отравляет людей ложью и фальсификациями.
Попытка усидеть на двух стульях никогда не приводит ни к чему хорошему. Украинцы обожглись на этом, пока им не оккупировали четверть страны и не убили сотни тысяч невинных людей. Только после этого они опомнились и начали очищать свое духовное пространство от российского влияния. Только после этого они запретили российский филиал православной церкви.
Чего мы еще ждем? Что еще должно произойти, чтобы мы поняли, что не можем бесконечно заигрывать с ЕС, держась за руки с чекистами в сутанах, которые день за днем торпедируют наши ценности?
Мы можем проводить заседания Совета национальной безопасности три раза в день. Мы можем принимать сотни планов, покупать десятки радаров, но ничего существенного не изменится, пока мы не будем искренни с самими собой – пока мы честно и без обиняков не ответим, кто мы, откуда мы пришли, куда мы идем и чего мы, собственно, хотим от этого мира.
P.S. И если уж мы говорим о правде до конца: в марте 2023 года Игорь Гросу, председатель Парламента и лидер PAS, публично пообещал вернуть второй корпус Национальной библиотеки Бессарабской митрополии на основании законодательной инициативы № 57 от 6 марта 2023 года. Это здание – бывшая Духовная семинария – было незаконно захвачено в период советской оккупации. Это реальная, а не выдуманная историческая рана.
Естественный вопрос: как же обстоит дело с этой законодательной инициативой?
